Пролайферы Словакии и Чехии — читателям нашего сайта

09.08.2012

Сего­дня в укра­ин­ской сто­ли­це завер­ша­ет­ся меж­ду­на­род­ный вело­про­бег про­тив абор­тов. Его участ­ни­ки из Сло­ва­кии и Чехии рас­ска­за­ли наше­му сай­ту о себе, сво­ём опы­те борь­бы за дет­ские жиз­ни и о том, чем им запом­нит­ся Укра­и­на. Итак – сло­во защит­ни­кам пра­ва на жизнь из Европы.

10 авгу­ста, Киев.

Сего­дня в укра­ин­ской сто­ли­це завер­ша­ет­ся меж­ду­на­род­ный вело­про­бег про­тив абор­тов. Его участ­ни­ки из Сло­ва­кии и Чехии рас­ска­за­ли наше­му сай­ту о себе, сво­ём опы­те борь­бы за дет­ские жиз­ни и о том, чем им запом­нит­ся Укра­и­на. Итак – сло­во защит­ни­кам пра­ва на жизнь из Европы.

Ян, 52 года, из сло­вац­ко­го город­ка Лендак, что под Татрами. 

Сей­час у меня 9 детей: стар­ше­му 28 лет, млад­ше­му 10. Я зани­ма­юсь про­лай­фом уже 15 лет. 

Всё нача­лось с того, что моя жена каж­дую неде­лю ста­ла ходить с подру­га­ми в абор­та­рий. Они пыта­лись отго­во­рить жен­щин, при­шед­ших на аборт. Обыч­но там было 5–7 жен­щин, с паке­та­ми, в кото­рых была одеж­да для «опе­ра­ции», с меди­цин­ски­ми кар­точ­ка­ми, в тапоч­ках — было понят­но, что они при­шли на аборт. 

Жена и ее подру­ги раз­го­ва­ри­ва­ли с ними, пред­ла­га­ли день­ги, что­бы они не избав­ля­лись от ребён­ка и роди­ли. Обыч­но пред­ла­га­ли око­ло 700 евро, но за два года им уда­лось отго­во­рить толь­ко одну жен­щи­ну, и то не сра­зу, с ней дол­го бесе­до­ва­ли, пото­му что она пере­жи­ва­ла из-за пло­хих ана­ли­зов… А когда ребе­нок родил­ся, муж этой жен­щи­ны очень радо­вал­ся, и они отка­за­лись брать деньги. 

Поз­же мы реши­ли про­во­дить акции на город­ских ули­цах. Так нача­лись вело­про­бе­ги: несколь­ко семей (а наша — вме­сте с детьми!) езди­ли на вело­си­пе­дах по Сло­ва­кии. Затем ста­ли выез­жать за гра­ни­цу. Самая длин­ная поезд­ка была на Свя­тую Зем­лю – более 3 тысяч кило­мет­ров. В этом году дли­на наше­го марш­ру­та по Сло­ва­кии и Укра­ине состав­ля­ет 1200 километров. 

Начи­на­ли нынеш­ний про­бег боль­ше людей, но за пре­де­лы сво­ей стра­ны на Укра­и­ну смог­ли выехать 12 сло­ва­ков. Млад­ше­му участ­ни­ку — 15 лет. Каж­дый день про­ез­жа­ем от 50 до 130 кило­мет­ров, и еще про­во­дим акции в раз­ных горо­дах по наше­му марш­ру­ту. Соби­ра­ем под­пи­си за запрет абор­тов, раз­да­ем листов­ки… Мы рады, что мно­го людей, осо­бен­но сре­ди моло­де­жи, про­тив уза­ко­нен­ных детоубийств. 

Каж­дый год мы начи­на­ем марш­рут по Сло­ва­кии, и неред­ко быва­ет, что в горо­дах нас узна­ют, и мно­гие с радо­стью присоединяются. 

Ино­гда люди удив­ля­ют­ся, когда узна­ют, сколь­ко у меня детей. Одна­жды про­да­вец про­дук­то­во­го мага­зи­на спро­си­ла, какой у меня биз­нес, пото­му что она поду­ма­ла, что я поку­паю для ресто­ра­на. Я отве­тил, что это для моих детей. 

- Так много? 

- Это толь­ко поло­ви­на, — уди­вил я её ещё больше.

В деревне, где живут роди­те­ли моей жены, все семьи мно­го­дет­ные. Для нас с женой есте­ствен­но рожать мно­го детей. Это не так тяже­ло, как дума­ют те, у кого 1–2 ребен­ка, пото­му что дети, когда под­рас­та­ют, уже помогают. 

Когда мы еха­ли в Укра­и­ну, мы дума­ли, что это нераз­ви­тая стра­на. Но ока­за­лось, мы силь­но оши­ба­лись! Это очень кра­си­вая стра­на. Нас вез­де хоро­шо встре­ча­ют. А ещё нас очень пора­до­ва­ли укра­ин­ские доро­ги. Я сам рабо­таю на транс­пор­те, поэто­му пони­маю, какой это важ­ный и боль­шой шаг – сде­лать хоро­шие доро­ги в стране. Доро­ги здесь ров­ные, очень удоб­но по ним ездить на вело­си­пе­дах. Еще пора­до­ва­ло доб­ро­же­ла­тель­ное отно­ше­ния мест­ных жите­лей. Воз­мож­но, это имен­но из-за про­лай­фа, или пото­му что мы ино­стран­цы, или про­сто пото­му, что на Укра­ине такие доб­ро­душ­ные люди. 

В дру­гих стра­нах иной раз поли­ция раз­го­ня­ет акции про­лай­фе­ров. А в Укра­ине мили­ция нам даже помо­га­ла про­ехать по горо­ду. Я думаю, что Укра­и­на — очень демо­кра­тич­ная стра­на, раз здесь так отно­сят­ся к про­лай­фе­рам. Нам, жите­лям Сло­ва­кии, кажет­ся, что пра­ви­тель­ство Укра­и­ны мно­го сде­ла­ло для стра­ны за послед­нее вре­мя, и наде­ем­ся, что изме­не­ния к луч­ше­му будут продолжаться. 

Пра­во­слав­ный свя­щен­ник Либор Сера­фим Галик, 46 лет, из чеш­ско­го горо­да Брно. 

Я зани­ма­юсь про­лай­фом уже 9 лет. Начал с того, что напи­сал дис­сер­та­цию об абор­тах, кон­тра­цеп­ции и демо­гра­фи­че­ском кри­зи­се. А с 2003 года я стал сто­ять у абор­та­рия, на ули­цах и на вок­за­ле в горо­де Брно. Вме­сте со мной в акци­ях участ­ву­ет груп­па людей: мы сто­им с пла­ка­та­ми и раз­да­ём листов­ки про­тив абор­тов, молим­ся. Из-за это­го на нас несколь­ко раз напа­да­ли. Нас пыта­лась про­гнать поли­ция. Мне угро­жа­ли, что меня убьют, если я буду при­хо­дить к абор­та­рию. Мне было страш­но. Но я молил­ся, что­бы Гос­подь меня сохра­нил, и три раза неожи­дан­но при­ез­жа­ла поли­ция, когда на меня хоте­ли напа­дать, хотя я ее не вызы­вал. Для меня это был знак, что Гос­подь помо­га­ет бороть­ся за нерож­ден­ных детей. 

Посте­пен­но людей со мной ста­но­ви­лось все мень­ше и мень­ше, и настал момент, когда я остал­ся один. Одна­ко я про­дол­жал ходить почти каж­дый день с оди­ноч­ны­ми пике­та­ми к абор­та­рию. У меня на гру­ди висел пла­кат с фото­гра­фи­я­ми живо­го и абор­ти­ро­ван­но­го мла­ден­цев. Я пока­зы­вал людям, что аборт — это не про­сто какая-то опе­ра­ция, а что это убий­ство ребен­ка. Ходить одно­му было страш­но, но одна­жды я услы­шал голос: «Не бой­ся, боль­шой ангел сто­ит рядом и охра­ня­ет тебя». Я его не видел, но я знал, что я не один. 

Потом на меня напа­да­ли через СМИ: в ново­стях пока­за­ли, что какой-то ненор­маль­ный свя­щен­ник гово­рит что аборт — это убий­ство. Это было очень труд­ное вре­мя, осо­бен­но для матуш­ки, её мно­гие осуж­да­ли. Но я радо­вал­ся, что даже через такое пред­став­ле­ние мно­гие люди узна­ют прав­ду об абор­тах. Ведь в Чехии с 1956 года было уби­то толь­ко хирур­ги­че­ски­ми абор­та­ми 3 мил­ли­о­на детей, и это при насе­ле­нии 10 мил­ли­о­нов чело­век! Это очень много. 

В Укра­ине тоже уби­ва­ют­ся мно­гие внут­ри­утроб­ные дети. Кровь этих малы­шей вопи­ет к Небу. Гос­подь дает нам вре­мя на пока­я­ние. Аборт есть почти в каж­дой семье, и гнев Божий обя­за­тель­но обру­шит­ся на греш­ни­ков, если они не пока­ют­ся. Участ­вуя в про­лай­фе, я наде­юсь, что боль­ше людей узна­ют прав­ду об абор­тах и пока­ют­ся. Хоро­шо, что сей­час вре­мя оди­ноч­ных пике­тов ушло в про­шлое, вме­сте со мной на акции в Брно при­хо­дят и дру­гие люди. Очень рад, что могу участ­во­вать в вело­про­бе­ге в защи­ту жизни. 

Марек, 25 лет, из Восточ­ной Словакии. 

Вре­мя лет­них отпус­ков и кани­кул я решил про­ве­сти с поль­зой — при­со­еди­нить­ся к вело­про­бе­гу за жизнь. Ведь ребе­нок – это Божий дар! Непо­нят­но, поче­му сре­ди веру­ю­щих суще­ству­ют такие, кото­рые молят­ся Богу, Кото­рый пода­рил жизнь каж­до­му чело­ве­ку, но в то же вре­мя согла­ша­ют­ся с пра­вом на убий­ство нерож­ден­ных детей. Я уве­рен, что обще­ствен­ные акции про­тив абор­тов — дело хоро­шее, и веру­ю­щие долж­ны при­ни­мать в них уча­стие. Нерож­ден­ный ребе­нок не может сам себя защи­тить, поэто­му мы долж­ны гово­рить, что у него есть пра­во на жизнь от зача­тия до есте­ствен­ной смерти. 

Для меня это пер­вый опыт, когда на про­тя­же­нии несколь­ких дней я посе­тил мно­го боль­ниц, в кото­рых совер­ша­ют­ся абор­ты. К акци­ям при­со­еди­ня­лись мест­ные жители… 

Укра­и­ну вос­при­ни­ма­ют как хри­сти­ан­скую стра­ну. При­ят­но удив­лен, что здесь так мно­го людей, веру­ю­щих в Бога. Я рад, что смог посе­тить пре­крас­ные хра­мы и уви­деть в них искренне веру­ю­щих людей. Об Укра­ине буду вспо­ми­нать хоро­шо. Вер­нусь домой из этой стра­ны вооду­шев­лен­ным. Омра­чит это впе­чат­ле­ние лишь тот факт, что здесь, как и во мно­гих дру­гих стра­нах, еже­днев­но легаль­но уби­ва­ют нерож­ден­ных детей. Поэто­му я реши­тель­но наме­рен в буду­щем при­ни­мать уча­стие в подоб­ных про­лайф-акци­ях. При­зы­ваю и вас, что­бы вы при­со­еди­ни­лись. Это очень важ­но – спа­сать нерож­ден­ных детей! 

Янка, 27 лет. 

Во вре­мя одной акции жен­щи­на нача­ла пла­кать, когда смот­ре­ла на фото­гра­фию ребен­ка, а дру­гая ее уте­ша­ла и тоже пла­ка­ла. Потом они обе пошли с нами молить­ся к боль­ни­це. Я думаю, что аборт – это боль­шая тра­ге­дия в жиз­ни женщины.

Луция, 18 лет.

Я еду вме­сте с моим отцом, и при­ни­маю уча­стие уже не в пер­вом вело­про­бе­ге за жизнь. Рань­ше езди­ли в Рим, на Свя­тую Зем­лю. Мы каж­дый год про­во­дим такую акцию. Млад­шие бра­тья еха­ли с нами по тер­ри­то­рии Сло­ва­кии, а я реши­ла поехать на Укра­и­ну. Здесь очень кра­си­вая при­ро­да, отры­тые люди. Мест­ные жите­ли под­дер­жи­ва­ют про­лайф. Мы с дет­ства участ­ву­ем в таких акци­ях и зна­ем, что нель­зя уби­вать детей. 

Павел, 15 лет.

Мне нра­вит­ся ехать на вело­си­пе­де по Укра­ине. Я при­ни­маю уча­стие в этой акции, пото­му что я про­тив убий­ства детей. Я думаю, что абор­ты надо запре­тить во всех странах. 

В Укра­ине очень кра­си­вые горо­да, церк­ви, мона­сты­ри. Мы все вре­мя оста­нав­ли­ва­ем­ся в мона­сты­рях. Здесь мно­го веру­ю­щих людей, очень мно­го людей про­тив абор­тов. Осо­бен­но мно­го про­тив­ни­ков абор­тов сре­ди моло­де­жи. Я не пони­маю по-укра­ин­ски или по-рус­ски, но вид­но, что они нас под­дер­жи­ва­ют. Хотя есть неко­то­рые люди, кото­рые руга­ют нас. Навер­ное, они еще не поня­ли, что аборт — это очень боль­шое зло. Ведь уби­то­го ребен­ка уже не вернуть. 

Для создания ссылки на эту статью, скопируйте следующий код в Ваш сайт или блог:

Комментарии

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика